Которобай: Коронавирус не может отменить права человека


Народный адвокат Михаил Которобай.

Народный адвокат Михаил Которобай рассказал, что означает „стагнация” в области прав человека в Республике Молдова, как пандемия и чрезвычайное положение влияют на эту область.

Также Которобай ответил на вопросы, чем отличается взаимодействие народного адвоката Республики Молдова с национальными властями и с международными партнерами, на что могут рассчитывать в период эпидемиологического кризиса пострадавшие, ищущие на протяжении многих лет справедливости в судебных инстанциях и других государственных учреждениях, передает ipn.md

IPN: Приветствую Вас, господин народный адвокат Михаил Которобай, в Информационном агентстве IPN! У нас есть несколько причин просить вас об этом интервью. Одна, в частности, относится к новому проекту под названием „Образ несправедливости мультимедийными средствами”, котороый Агентство IPN инициирует здесь и сейчас. Другая причина, более общая, говорит нам, что во время пандемии, вызванной коронавирусом нового типа и чрезвычайным положением, которое порождает больше ограничений объективного порядка, но, возможно, и субъективного, права человека заслуживают особого внимания общества, если это оно хочет оставаться демократическим обществом.

Михаил КоторобайЕстественно, коронавирус не может отменить права человека. Действительно, Республика Молдова подала устный запрос в Совет Европы об отстранении от положений Конвенции о защите основных прав и свобод человека, в частности, от ст.11 Конвенции (свобода собраний и объединения), ст. 2 Протокола 1 (право на обучение), и от ст. 2 Протокола 4 (свобода передвижения). Это предполагает, однако, что государство должно по-прежнему выполнять обязательства, взятые на себя в отношении соблюдения других положений Конвенции.

Как народный адвокат, я отметил, что крайне важно, чтобы ограничения, налагаемые властями для обеспечения защиты населения от заражения коронавирусом нового типа, были необходимы, законными, разумными и пропорциональными риску или угрозе общественному здоровью. Вместе с нашей командой я внимательно слежу за деятельностью Комиссии по чрезвычайным ситуациям (КЧС), а также местных и центральных органов публичной власти, чтобы обратить их внимание в случае отклонений от национальных и международных стандартов в области прав человека. С этой целью было направлено около 20 ходатайств и заключений, в которых мы рекомендовали либо пересмотреть некоторые решения, либо предпринять некоторые действия для обеспечения соблюдения прав человека. К сожалению, очень немногие из рекомендаций омбудсмена учитываются. Более того, реакции народного адвоката, его предложения не воспринимаются добрыми глазами, а даже открыто игнорируются. В частных беседах мне говорили, что не патриотично, то, что делаем. Мне жаль констатировать, не первый раз, что такой подход исходит из полного недопонимания роли и миссии народного адвоката.

Но для того, чтобы вернуться к другой причине, по которой мы встретились, хочу поприветствовать запуск проекта „Образ несправедливости мультимедийными средствами мультимедийными средствами”. К сожалению, в нашей стране много несправедливости, и в период чрезвычайного положения мало шансов, чтобы ситуация в этом направлении улучшится. Этот проект ценен тем, что может привлечь внимание общественности к несправедливости, которая может произойти за это время. И то, что привлекает внимание широкой общественности, можно еще контролировать, можно исправить. Желаю вам больших успехов, и мы, в Офисе народного адвоката, будем следить за случаями, отмеченными в ходе дискуссий в IPN.

IPN: Как я уже сказал, и в целом несправедливость, источником которой могут оказаться государственные учреждения, и судебный произвол в классическом смысле этого понятия, который может творить система правосудия, являются частью более широкой темы прав человека. Давайте выясним нашу отправную точку в этом деле. Как бы Вы охарактеризовали ситуацию с правами человека в Молдове до коронавируса, каковы успехи и неудачи, каковы более и менее уязвимые направления, возможно, по сравнению с другими периодами или с другими государствами?

Михаил Которобай: Осуждения Республики Молдова Страсбургским судом доказывают, что и до объявления чрезвычайного положения наша страна допускала нарушения прав человека, но риск еще большего отклонения от обязательств, взятых путем ратификации договоров в области прав человека, сейчас еще больше, чем когда-либо прежде. На это влияет кризисная ситуация, которая требует от властей принимать определенные меры, которые приводят к ограничению некоторых прав, чтобы уменьшить влияние пандемии коронавируса. Однако если бы власти вмешались со сбалансированными мерами по ограничению прав человека, пропорционально преследуя законные цели, которые не дискриминировали бы определенные уязвимые или недопредставленные группы, тогда этих рисков можно было бы избежать, а решения властей имели бы более сильную поддержку со стороны населения.

Недавно мы передали в парламент отчет о соблюдении прав человека в Республике Молдова за 2019 год. Ситуация серьезная. Основной вывод доклада заключается в том, что 2019 год был годом стагнации, продиктованной состоянием вещей, определяемых политическими событиями в стране. В то же время, в докладе отмечается, что политические изменения не могут быть оправданием отсутствия твердых действий со стороны властей, способствующих реализации прав человека, в соответствии с договорами в области прав. Среди наиболее серьезных проблем можно отметить следующие:

— Право на справедливый суд (с точки зрения эффективного и независимого функционирования правосудия, затягивания исполнения судебных решений, отсутствия всеобъемлющей правовой базы по преступлениям на почве ненависти, обхода национального и международного права в случае высылки турецких учителей);
— Индивидуальная свобода и безопасность лиц (чрезмерное применение меры предварительного ареста);
— Право на интимную, семейную и частную жизнь (чрезмерное применение специальных средств расследования, в частности, перехват телефонных разговоров);
— Свобода слова (отсутствие безопасности при выражении мнения, вопросы доступа к информации, представляющей общественный интерес, влияние политического фактора на плюрализм СМИ, запугивание независимых журналистов за критику властей);
— Доступность социальной инфраструктуры для людей с ограниченными возможностями;
 Условия содержания под стражей.

Среди наиболее нарушаемых прав те, которые относятся к здоровью. К сожалению, в этот трудный период, с которым сталкивается не только Республика Молдова, демонстрируется обоснованность сигналов народного адвоката, сделанных в последние годы о качестве медицинских услуг, условиях труда врачей, а также их неправильном оснащении, недостаточном оборудовании и т. д.

IPN: Но почему люди до сих пор так много и так часто жалуются на нарушения своих прав? Объясняется ли это политическими, экономическими, социальными причинами, менталитетом или чем-либо ещё?

Михаил Которобай: Потому что власти терпят пока неудачу в обеспечении реализации основных прав и свобод, взятых на себя в результате международных обязательств, и здесь причины из всех областей, которые вы перечислили. С другой стороны, уровень жалоб на предполагаемые нарушения прав человека выше, потому что повышается уровень юридической культуры. Все больше и больше людей понимают, что нарушаются их права и знают учреждения, куда они могут обращаться, чтобы защитить эти права.

IPN: Эпидемический кризис принёс с собой введение чрезвычайного положения, которое, помимо очевидных преимуществ, означает и столь же очевидное ущемление прав человека. В свете нормативных актов, а также повседневной практики, соразмерно ли ограничение этих прав той опасности, которую представляет коронавирус?

Михаил КоторобайОчевидно, что чрезвычайное положение не может подорвать основные права человека. Напротив, правительство в лице Комиссии по чрезвычайным ситуациям имеет полномочия по обеспечению и защите этих прав. Любое ухудшение ситуации недопустимо, и роль омбудсмена направлена на наблюдение за тем, как власти обеспечивают реализацию прав человека. Офис народного адвоката ежедневно регистрирует случаи нарушения прав человека в период чрезвычайного положения и вмешивается с соответствующими актами реагирования. Кроме того, наше учреждение постоянно следит за положениями / действиями и бездействием властей в этом отношении. У нас есть новая рубрика на официальной веб-странице учреждения — www.ombudsman.md.

IPN: Чуть поподробнее о правах молдавских граждан из диаспоры: в чём причина проблем, о которых сообщал и Офис народного адвоката, какие решения Вы видите, и насколько готовы власти проводить в жизнь Ваши решения?

Михаил КоторобайЯ думаю, что частично возникшие проблемы обусловлены тем, что ситуация является уникальной, и решения должны быть приняты оперативно, на ходу. Возможно, из-за этого совершаются еще некоторые ошибки. Не хочу думать о том, что существует сдержанное отношение к молдаванам из диаспоры, которые хотят вернуться домой. Это, несмотря на то, что некоторые чиновники сделали и продолжают делать неуместные заявления в сложившейся ситуации, видя в представителях диаспоры опасность распространения инфекции. Молдаване из диаспоры – это граждане Республики Молдова. Нужда отправила их в зарубежные страны. Они финансово поддерживали население посредством трансфертов, сделанных много лет подряд. Считаю, что власти должны не забывать о том, что, несмотря на то, что эти люди уехали из страны, никто не отменял и не может отменить их гражданские права.

В соответствии со ст. 18 Конституции, государство защищает своих граждан как в стране, так и за рубежом, а также согласно ст. 16 Конституции, все граждане Республики Молдова равны перед законом и органами публичной власти, независимо от расы, национальности, этнического происхождения, языка, религии, пола, мнения, политической принадлежности, имущества или социального происхождения.

На прошлой неделе мы направили в адрес КЧС ходатайство, в котором выступили за пересмотр механизма, который обязывает граждан покупать при въезде в страну в течение 72 часов обязательный медицинский полис за 2020 год, а возвращение в страну было обусловлено существованием этого полиса. Мы оценили эти требования как непропорциональные в период чрезвычайного положения. Я не хочу брать на себя заслуги за изменение ситуации в этом отношении – и другие организации, общественные деятели предприняли аналогичные шаги, но я рад констатировать, что эти положения были изменены.

Мы также осудили появившиеся в последнее время в публичном пространстве призывы к ненависти в адрес граждан из диаспоры за то, что они якобы являются виновниками распространения COVID-19 в стране. В равной степени мы осудили и оскорбительные высказывания некоторых представителей диаспоры в адрес властей. Но, подчеркиваю, речь идет о подстрекательстве к ненависти. Я не осуждал тот факт, что диаспора критиковала действия властей, как представили факты некоторые СМИ. Представители диаспоры, как и другие категории людей, могут критиковать, кого хотят, это их право на выражение мнения и свободу слова, важно, чтобы сообщение не было оскорбительным и не вызывало ненависть и дискриминацию.

IPN: В нынешней ситуации, очень сложной и очень опасной для самой жизни человека, многое зависит от результативности работы врачей, их отношения, понимания ими своего особого долга. Но как общество и власть понимают права врачей: на жизнь, на здоровье, на оплату труда?

Михаил Которобай: К сожалению, сигналы омбудсмена последних лет о ситуации в сфере здравоохранения не были услышаны властями. И я надеюсь, что если народный адвокат не имел достаточных аргументов, чтобы заставить государство что-то изменить в этом секторе, то хотя бы COVID-19 будет способствовать проведению серьезных реформ в области здравоохранения, в том числе на уровне восприятия населения важности укрепления системы здравоохранения, а также соблюдения элементарных правил гигиены.

IPN: Чрезвычайное положение внесло серьёзные изменения и в работу системы правосудия: судей, прокуроров, адвокатов, нотариусов, судебных исполнителей и представителей других профессий. Как Вы оцениваете нормативную базу, принятую в период чрезвычайного положения, и как она применяется

Михаил Которобай: На мой взгляд, некоторые новые правила, введенные КЧС, наносят ущерб гарантиям на справедливое судебное разбирательство, и я рекомендовал их пересмотреть. Я имею в виду Распоряжение № 4, в соответствии с которыми были установлены новые процессуальные правила для рассмотрения дел о правонарушениях, касающихся нарушения положений КЧС, а именно, сокращения до 48 часов срока обжалования административных санкций. То есть, в этих условиях правонарушители фактически не могут воспользоваться своим правом на защиту. Также установлен ограниченный срок (до 24 часов) обжалования положений КЧС, без какой-либо возможности досрочного возмещения.

Закон № 212/2004 о режимах чрезвычайного, осадного и военного положения предусматривает, что в связи с осложнением ситуации, ставшей причиной его введения, может быть ограничено в соответствии со ст. 54 Конституции осуществление некоторых прав или свобод граждан. В этой статье четко указано, что не допускается ограничение прав и свобод, провозглашенных в статьях 20-24 Конституции, а доступ к правосудию, включающий и право на эффективное средство правовой защиты, провозглашен в ст. 20.

Установление чрезвычайного положения и меры, применяемые КЧС, направлены на ограничение передвижения с целью предотвращения распространения вируса COVID-19. Тем не менее, в нарушение мер общего характера, требуемых от населения, в соответствии с Распоряжением № 6 адвокаты, нотариусы и судебные приставы обязаны обеспечить непрерывность деятельности с соблюдением санитарно-эпидемиологических норм. Несоблюдение этого обязательства влечет за собой дисциплинарное взыскание с исключением из профессии. С другой стороны, в соответствии с тем же распоряжением КЧС, деятельность судебных инстанций была сведена только к срочным делам, участие в судебных заседаниях адвокатов необходимо только в этих случаях. Я считаю, что и эти положения довольно расплывчаты и диссонируют с другими мерами / отклонениями, введенными в этот период, в том числе с применением дисциплинарных санкций с исключением из профессии.

IPN: В какой степени новые правила отражаются на праве людей на правосудие, защищают их от бесчеловечного и унижающего достоинство отношения со стороны государственных учреждений и их представителей? Как Вы думаете, что ещё могут сделать в течение этого периода коронавируса пострадавшие, рассмотрение дел которых длится годами, подтачивая их здоровье, отнимая деньги и даже жизни?

Михаил Которобай: К сожалению, люди, у которых есть многолетние дела, не имеют больших шансов решить свои проблемы в суде в период чрезвычайного положения. Система не функционировала хорошо в нормальных условиях, тем более во время пандемии. Мне жаль делать такие заявления, но такова реальность.

Чрезвычайное положение повлияло как на деятельность судебных инстанций, так и на прокуроров, адвокатов, судебных исполнителей и нотариусов. Судебные инстанции, прокуроры и адвокаты сократили свою деятельность, оставили только срочные дела, которые не могут быть отложены. Хуже всего то, что нет единой практики.

Насколько это возможно, мы следим за состоянием вещей и с точки зрения доступа к правосудию в период чрезвычайного положения. Мы также можем быть уведомлены по электронной почте, в специальном разделе, созданном для этой цели на официальной странице учреждения или по телефонам, которые можно найти на сайте. Надо учесть, что народный адвокат не участвует в рассмотрении дел, которые уже находятся в суде.





Источник